Закаленный характер

Чем дальше в глубину истории уходит победный май 1945 года, тем реже встречаешь современников той славной эпохи. С восхищением мы говорим теперь уже не только об их далеких подвигах времен войны, но и об удивительных примерах долголетия, о бодрости и оптимизме, которые они сумели сохранить за свою жизнь длиною в целый век.

В этом году праздничный майский номер «ВГ» открывает ветеран ВГОКа, труженик тыла Петр Дмитриевич Кулигин. Признаться, приехав к нему в дом, я не могла поверить, что этот человек, который приветливо встречает меня на пороге своей квартиры, и есть мой герой, приближающийся к своему столетнему юбилею. На вид этот улыбчивый, веселый и очень деятельный человек вовсе не ветеранского возраста. За долгие годы он сохранил изу­мительную память, удивительное жизнелюбие и прекрасное чувство юмора. Возможно, в них и кроется секрет его долголетия?

– Я был старшим сыном в семье, – рассказывает Петр Дмитриевич. – Мы жили в деревне Кулижонки Кировской области. В былые времена принято было именовать небольшие поселения по наиболее распространенной фамилии жителей. Так и в названии нашей деревни запрятана была фамилия моей семьи. Отца мы потеряли рано – мне было шесть лет тогда. Мама осталась с тремя детьми, младшему из которых едва исполнился годик. В ту пору вовсю шла коллективизация, крестьян раскулачивали, имущество отписывали колхозам. Увели и нашу лошадь со двора – да на ней же мы и продолжали работать в колхозе. Мама трудилась с утра до ночи, а мы с братом и сестрой большую часть времени были предоставлены сами себе, вели домашнее хозяйство. Детей в те годы рано приучали к труду. Лет с восьми я начал пахать в поле наравне со взрослыми. Те, кто постарше да покрепче, шли за одноколесным плугом – им управлять сложнее. Мне доставался устойчивый конный плуг, который не требовал физических усилий для балансировки и не изматывал меня так, как других пахарей.

В таком тяжелом труде в то время протекало детство большинства советских ребят. Возможности учиться в Кулижонках не было, а до ближайшего крупного села, где была школа, – четыре километра пешком.

– Учились мы так себе, – вспоминает Петр Дмитриевич. – Букварей не было, канцелярские принадлежности были самым настоящим дефицитом. В ту пору больше ценилось владение каким-то ремеслом, чем грамотой.

В годы войны Петр Кулигин был уже парнем «на возрасте».

– На девушек засматриваться начал, – улыбается ветеран. – А у самого-то – и одежка, и обувь худые, да и купить-то было негде и не на что. И вот мама, чтобы подзаработать, стала молоко по домам продавать. Скопила денег и отправилась за 30 километров от нашей деревни в районный центр Котельнич – одежду покупать. А позже пристроила меня в ученики к мастеру по ремонту телефонов. Быстро я эту науку освоил и в 15 лет устроился надсмотрщиком внутрирайонной связи.

Армейская служба полностью изменила судьбу Петра Кулигина. Мобилизованный в трудовую армию, он был направлен на Урал, в город Нижний Тагил, который в то время рос и развивался как крупный индустриальный центр.

– Мы высадились на станции Смычка и оттуда пешком отправились на Выю, – продолжает рассказ наш герой. – Заселили нас в барачный поселок и стали распределять на работу в Высокогорское рудоуправление. Кто покрепче – того в шахту или карьер, других – учиться на машиниста паровоза. Я был принят в горный цех помощником машиниста станка канатного ударного бурения. В Главном карьере в то время работал народ со всего Советского Союза. Были здесь и раскулаченные, и заключенные, и советские немцы, отбывавшие трудовую повинность. Они работали и жили отдельно от нас, на огороженной территории, мы никак с ними не контактировали и лишь издалека могли наблюдать за ними. Условия труда в карьере были очень тяжелыми, многие не выдерживали и делали попытки бежать. Милиция ловила их на станции Сан-Донато. Мне в напарники определили раскулаченного крестьянина. Бывало, нет-нет да и вспомнит он про свою прошлую спокойную, благополучную и сытую жизнь. Мужик он был рукастый, к любой работе приученный – такой, который нигде не пропадет. А потому и на новом месте постепенно обустроил свой быт, и жизнь стала налаживаться.

Зимы на Урале стояли холодные, а у трудармейцев только и было, что фуфайка казенная да штаны ватные. В перерывах между работой грелись у костра, да и то если повезет дрова раздобыть.

– Позже догадались мастерить буржуйки, их ставили на площадку прямо на улице – помещений для обогрева тоже не было и соорудить их было не из чего, – продолжает рассказчик. – Никто в то время не думал о бытовых удобствах, но зато в техническом плане карьер был оснащен как следует. По железной дороге, выстроенной пленными немцами, ходили небольшие паровозы, к которым цепляли вагоны с рудой и пустой породой. На погрузке работали экскаваторы двух видов – английские и американские. Первые были неустойчивые и часто опрокидывались, зато вторые, тяжелые и приземистые, хорошо справлялись со своей задачей и были гораздо надежнее.

В 1961 году Петр Кулигин прошел обучение и был переведен на должность электросварщика – занимался техническим обслуживанием и ремонтами спецтехники в карьере. Профессия поменялась, а условия труда оставались прежними – все там же, в карьере, под открытым небом, в любую погоду. Трудовая закалка, с детства привитая нашему герою, всю жизнь помогала ему справляться с трудностями. Многие, наверняка, до сих пор вспоминают аномальные морозы 1978 года, когда в новогоднюю ночь температура воздуха упала до отметки в минус 60 градусов. Но и в такую погоду, когда люди не решались выйти из дома, ремонтная бригада Петра Кулигина оставалась на своих местах – занималась сваркой буровой установки УЗТМ в карьере.

В 1955 году наш герой женился. Вместе с супругой Ниной Спиридоновной воспитал дочь Галину и сына Владимира.

– Жилье в то время получить было непросто, долгое время жили на частных квартирах, – рассказывает Петр Дмитриевич. – Бывало и так, что комнату на две семьи делили, а перегородкой между нами служил стол. Позже удалось получить квартиру на две семьи. В одной комнате – супруги с тремя детьми, в другой – мы. Вот как жили!

Петр Дмитриевич проработал на руднике вплоть до 1985 года, затем до 2001 года трудился в аптеке поближе к дому – на Старателе. Удивительно, но непростая трудовая судьба ничуть не повлияла на его добрый и веселый нрав. Наоборот – закалила характер, наделила умением ко всему относиться легко и с улыбкой. Сейчас нашему герою 97 лет, но он до сих пор не может сидеть без дела – готовит, стирает и делает уборку самостоятельно.

– Зять подарил мне робот-пылесос, да ведь за ним бегать надо, следить, не по мне это, – смеется ветеран. – У меня вот швабра – лучший друг.

Ветеран труда, труженик тыла за свою долгую жизнь не раз был награжден званиями «Лучший по профессии», «Победитель социалистического соревнования». В его шкафу бережно хранятся нагрудные знаки, посвященные трудовым достижениям, и юбилейные медали ко Дню Победы. Но самая большая гордость Петра Дмитриевича – это четверо внуков и столько же правнуков. Остается только пожелать этому замечательному человеку крепкого здоровья на долгие годы.

Елена Пешкова.

Фото автора и Петра Кулигина.