Георг Каспарович – но при этом Стерхов. Сочетание европейского имени и русской фамилии интригует, не правда ли?
– Взял фамилию жены, – объясняет юбиляр. – А вообще, это долгая история, подробно рассказывать не хочется…
Впрочем, причины становятся ясны и без комментариев, стоит чуть пристальнее взглянуть на биографию высокогорского ветерана. До женитьбы Георг Каспарович носил фамилию Дитлер. Родом он из Саратовской области, из семьи фольксдойче, но родным языком считает русский, на котором говорит совершенно свободно, немного смягчая «г» на южный манер. Дитлеры колесили по всей АССР Немцев Поволжья, благо глава семьи Каспар Иосифович был на все руки мастер, особенно хорошо владел ремеслом печника. А хорошие работники везде нужны.
– Отец был как цыган, – говорит Георг Каспарович, опять-таки по-русски делая ударение на «ы». – Где мы только ни жили, куда только ни ездили…
В конце концов Дитлеры обосновались в деревне Семеновка нынешней Волгоградской области. Там их и застала война. 28 августа 1941 года Президиум Верховного Совета СССР издал указ «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья», который стал трагедией для целого народа. И началом тяжелой жизненной одиссеи для 15-летнего Георга.
Дитлеров депортировали на юго-запад Тюменской области, в деревню Бердюгино Ялуторовского района. В сентябре 1943-го Каспара и Георга Дитлеров мобилизовали в трудармию: вокзал, теплушка и незнакомый город Нижний Тагил. А здесь – лагерь, построенный на манер зоны: часовые с винтовками, бараки, колючка, только без вышек по периметру. 700-граммовая хлебная пайка, приварок – баланда из мерзлой капусты и гнилой картошки. И работа, работа, работа до мути в глазах, до ломоты в мышцах – самая грязная, самая тяжелая. На другую трудармейцам рассчитывать не приходилось, в особенности – малолеткам.
– Ведь у нас, деревенских пацанов, – никакой специальности, – вспоминает Стерхов. – Куда пошлют, туда и идем. Приходилось мусор на стройках убирать, гвозди вытаскивать, вагоны с цементом по ночам разгружать. Потом на стройке коксохима трубы гнули, потом рельсобалку строили – там я уже бензорезчиком был…
В одну из зим Георг не выдержал – во время развода по работам сбежал домой, к матери. Кое-как добрался до Тюмени, а оттуда – 100 километров на подножке пассажирского вагона до Ялуторовска. Побыл день – другой дома и вернулся в Нижний Тагил с солдатским эшелоном, несмотря на то, что побег из трудармии карался по максимуму – расстрелом.
– Комендантом у нас был военный, по-моему, майор, – голос Георга Каспаровича срывается, на глазах выступают слезы. – Вытащил наган, говорит: «Застрелю!» Но не стал, пожалел, наверно, пацана…
В трудармейцах Георг Дитлер пробыл до 1946-го, а там началась новая жизнь. В 19 лет он впервые взял в руки свой новехонький паспорт. Впервые получил трудовую книжку в «Уралэлектромонтаже». И впервые в жизни получил за свой труд не капустную баланду, а деньги.
На шахту Дитлер пришел в 1953-м. И сразу же оказался на хорошем счету.
– Я ведь безотказный был, – улыбается Георг Каспарович. – Всегда на Доску почета попадал. Даже странно было: почему все время я? И за ребят обидно: хорошие ведь были специалисты – Киргизов, Демченко, Попович, Песлегин…
У новоиспеченного горняка приключился служебный роман – с симпатичной крановщицей из механического цеха ВЖР. Впрочем, пусть об этом расскажет она сама:
– Мне в цехе дали путевку в дом отдыха «Баранчинский», – откровенничает Анна Михайловна. – Автобусов тогда не было, ехать пришлось в кузове грузовика, стоя. Платьице у меня было белое, в цветочек. И Жора меня всю дорогу оберегал: чтоб не упала, не испачкалась. Вечером – танцы, он нам на гармошке играл. Все больше вальсы. А потом ко мне подошел. Вот с тех пор и вместе – скоро 64 года будет.
Поначалу молодая пара снимала жилье, потом получила от рудника комнату на перекрестке Вогульской и Красноармейской. И только к пенсии Стерховым удалось переехать в благоустроенную квартиру на Лебяжке.
«Эксплуатационной» Георг Каспарович отдал 27 лет и до сих пор вспоминает ее добрым словом. От тех времен у него осталась внушительная кипа благодарностей и грамот, подписанных начальниками разных рангов. А еще – немало медалей. Однако главным своим достоянием Стерхов считает прожитые годы, немалый опыт и детей. Их в семье четверо: дочери-тагильчанки Вера, Надежда, Любовь и сын Александр, что живет в Нижегородской области. Плюс семь внуков и восемь правнуков.
– Мы люди богатые, так ведь, Жора? – подмигивает мужу Анна Михайловна.
И тот согласно кивает – ну, трудно же не согласиться…
Александр Кузьменков.
Фото автора.
В Лебяжинском аглоцехе завершается масштабный капитальный ремонт, продолжавшийся 15 дней подряд. Он заключался в замене…
Сегодня мы продолжаем рассказ о Сергее Евгеньевиче Серове, начатый в прошлом номере газеты.
Городошный спорт, зародившийся в стране столетие назад, незаслуженно забыт нынешней молодежью. Однако в последнее время…
В Высокогорском обогатительном цехе официально наступил зимний сезон – запущена в эксплуатацию первая линия комплекса…
«Когда вы танцуете, вы можете наслаждаться роскошью быть самим собой».
Высокогорцы провели субботник по подготовке к использованию подвального помещения управления комбината в качестве места временного…
