Актуальное интервью

Олег ШабалинОлег ШабалинПредполагаемый приток руды из Центрального карьера в добавление к шахтному сырью потребует интенсивной работы в обогатительном переделе. Готов ли к ней ВОЦ? На этот и другие вопросы отвечает главный обогатитель комбината Олег Шабалин.

– Олег Витальевич, сколько помню, в прошлом году план по дроблению ВОЦ выполнил всего один раз. Хроническое отставание принято списывать на дефицит сырья. Но можно ли сбрасывать со счетов аварийные простои?

– В первую очередь отставание связано с невыполнением добычи и низким содержанием железа в руде «Южной». Недополучено 12 500 тонн промпродукта для дробления на УД ВОЦ. Но аварийные простои на участках дробления были всегда. Даже в самые лучшие времена работа шла в таком режиме. Вот анализ данных по простоям УД ВОЦ: 2006 год – 6272 часа, 2010 год – 4170 часов, 2015-й – 4261 час. Оборудование всегда работало интенсивно, поэтому и требовались ремонты и капитальные вложения. Динамика фактических ремонтов на УД по годам следующая: 2006 год – 1336 часов, 2010 год – 1087 часов, 2015-й – 883 часа.

Почему ситуация сейчас выглядит плачевной? Раньше содержание железа в шахтном сырье составляло около 28-30 процентов. Для того, чтобы заполнить бункера фабрики мокрого обогащения, времени было предостаточно. И выход промпродукта был выше на 5 процентов. Участок мокрого обогащения работал стабильно по сырью. Содержание железа в промпродукте было выше на 3 процента, а вместе с ним – и объемы концентрата. Соответственно, простои УД не так остро бросались в глаза.

Сейчас руда беднее, и участкам дробления приходится увеличивать время работы, чтобы заполнить бункера. Вот и причина отставания. В лучшие времена расход руды с шахты «Естюнинская» на тонну концентрата составлял 2,3 тонны. Сейчас требуется 4,8 тонны. Представьте: надо пере­дробить около пяти тонн руды, чтобы получить тонну концентрата. В таких условиях любая поломка ощутима. Сейчас достаточно чему-то сломаться на УД, и УМО стоит пустой, без промпродукта. Но оборудование как раньше ломалось, так и сейчас ломается – не чаще. Дробилки всегда требуют какого-то ремонта, капвложений. Простой пример: если у кофемолки тупые ножи, то она зерна кофе не перемелет…

– И в каком состоянии сейчас находится оборудование ВОЦа?

– В свое время в 2001 и 2003 году мы провели в цехе хорошую модернизацию: две старые мелкие дробилки поменяли на уралмашевские, а и в 2008 году поставили одну дробилку Sandvik, поменяли грохоты на ГИТ-52. Если бы не предприняли этих шагов, то участки дробления вообще стояли бы. Сейчас финансовые возможности комбината ограничены, мы себе такого позволить не можем. Но дробилки, повторяю, постоянно требуют ремонта. Поэтому на ВОЦе была составлена программа, направленная на восстановление особо изношенных дробилок. Все деньги, которые комбинат потратит на ВОЦ, уйдут на замену изношенных деталей. Кстати, сейчас купить запчасти к импортному оборудованию очень дорого – вот в чем проблема-то.

– И как сложно это сделать в текущих условиях? Возможно, существуют отечественные аналоги?

– Шведский концерн Sandvik Mining & Construction ушел с российского рынка, но оставил здесь свои базы запчастей. Они, естественно, очень дорогие – цена, как понимаете, связана с курсом доллара. Импортозамещения для этих дробилок сейчас нет. И долго еще не будет. На российском рынке осталась финская фирма Metso Oyj, но производимые ею запчасти нам не подходят. Масла – еще может быть, но не основные узлы. Так что запчасти однозначно придется закупать у Sandvik. Видите ли, их техника – не то, что уралмашевская. Дробленый продукт мельче, и выход его больше, но агрегаты требуют серьезного внимания. Если положено менять бронь раз в шесть месяцев, то надо точно выдерживать этот срок. Иначе начнется износ узлов дробилки, и тогда затраты возрастут в разы. Условно говоря, бронь может стоить 500 долларов, но если не поменять ее вовремя, придется потратить 5000 на восстановление узлов дробилки.

– Вернемся к количественным показателям. Кроме износа техники, на них влияет и качество сырья: чтобы дать концентрат планового качества, приходится потратить больше сил и времени. Как вы считаете, руда из Центрального карьера поправит дело?

– Это наш единственный шанс работать более стабильно. Вы же видите, что в рудах наших шахт железо упало до минимума: с «Естюнинской» везем руду с двадцатью процентами. Это же практически пустая порода. А в Центральном карьере руда богатая, легкообогатимая. И промпродукт из нее богатый по содержанию железа – 40,5 процента. Без него нам практически не выжить.

– Тут встает еще один вопрос: а сможет ли ВОЦ при изношенном оборудовании без простоев переработать дополнительный объем?

– Руда Центрального карьера дробится на ДОУ «Южной» и придет на ВОЦ с крупностью 0-10 мм. Это очень мелкий продукт, практически песок. Дробилки с ним работают вхолостую. Здесь у ВОЦа не будет никаких проблем. Производительность при дроблении руды с «Естюнинской» – около 250-260 тонн в час. При дроблении руды с «Магнетитовой» она чуть выше – 300-350 тонн в час. А если с Центрального карьера – до 450 тонн в час. Так мы быстрее заполним бункера УМО. Значит, появится время на остановку, на техобслуживание, на предотвращение аварий.

Интервью провел 
Александр Кузьменков.